Аналитики Goldman Sachs пересмотрели в сторону повышения оценку влияния искусственного интеллекта на рынок труда Соединённых Штатов. Согласно обновлённому прогнозу, в течение следующего десятилетия около 15 млн американских работников могут быть вынуждены сменить профессию из-за распространения ИИ. Это соответствует примерно 9% от общей численности рабочей силы страны.
Что изменилось в оценке
Предыдущий прогноз, озвученный в августе 2025 года, оценивал потенциальное вытеснение в 6–7% рабочей силы. Новая цифра — до 9% — отражает как ускорение внедрения ИИ, так и уточнение методологии: теперь аналитики оценивают не «запас» уже потерявших работу, а поток сотрудников, которые будут вынуждены покинуть текущие позиции и искать новые. Ведущий экономист Goldman Sachs Джозеф Бриггс, представляя доклад, подчеркнул, что речь идёт именно о перемещении работников, а не об их окончательной потере: исторически новые технологии создавали больше рабочих мест, чем уничтожали.
Почему это не «конец работы»
Несмотря на впечатляющую цифру, Goldman Sachs не прогнозирует резкого скачка безработицы. Если распределить вытеснение на десять лет и предположить, что большинство работников находят новое место в течение года, пиковый эффект на уровень безработицы составит менее 1 процентного пункта. Бриггс напоминает, что американская экономика ежегодно создаёт порядка 25–35 млн новых рабочих мест, и даже небольшое ускорение этого процесса способно абсорбировать высвобожденных сотрудников.
Более того, исторические данные свидетельствуют: около 85% прироста занятости за последние 80 лет было обеспечено именно технологическим созданием новых позиций. По мнению аналитиков, ИИ, скорее всего, продолжит эту тенденцию, хотя переходный период может быть болезненным для отдельных категорий работников.
Кто в зоне риска
Влияние ИИ распределено неравномерно. Наибольшей уязвимости подвержены молодые и менее опытные сотрудники, занятые в «беловоротничковых» профессиях, которые активно соприкасаются с ИИ-инструментами, — в технологическом секторе, управленческом консультировании, графическом дизайне. В этих отраслях, по оценке Бриггса, ИИ уже сокращает ежемесячный прирост занятости на 10–15 тыс. рабочих мест.
При этом экономисты Goldman Sachs не находят подтверждения тому, что ИИ уже существенно ухудшил перспективы трудоустройства недавних выпускников вузов. Это указывает на то, что рынок труда пока адаптируется, а не обрушивается.
Скрытое напряжение
Отдельного внимания заслуживает наблюдение, сделанное в октябрьской записке Goldman Sachs: в наиболее подверженных ИИ отраслях занятость за последние три месяца оказалась примерно на 10 тыс. рабочих мест ниже долгосрочного тренда. Однако этот разрыв пока компенсируется ростом найма в строительстве, связанном с дата-центрами. Иными словами, текущая стабильность на рынке труда отчасти поддерживается инвестиционным бумом в инфраструктуру ИИ.
Исторический анализ Бриггса показывает, что автоматизация, как правило, не приводит к массовым увольнениям в период экономического роста. Основной удар приходится на рецессии: когда бизнес сталкивается с падением спроса, он ускоряет замену рутинного труда технологиями. В этом смысле нынешнее относительное спокойствие — не гарантия, а отсрочка, зависящая от траектории экономического цикла.
Скептический взгляд
Не все экономисты разделяют тревожные ожидания. Нил Томпсон из MIT, комментируя доклад, отмечает, что внедрение ИИ может оказаться медленнее, чем позволяют технические возможности: для работы системы нужны данные, приемлемая стоимость и соответствие регуляторным требованиям. Кроме того, большинство профессий автоматизируются частично, а не исчезают целиком.
Для американского рынка труда прогноз Goldman Sachs — это сигнал о масштабной структурной перестройке, а не о немедленном кризисе. Для работников он подчёркивает важность адаптации и переобучения: спрос на новые навыки будет расти, а рутинные операции постепенно перейдут к алгоритмам. Для экономической политики — указывает на необходимость инвестиций в образование и поддержку мобильности рабочей силы, чтобы переходный период не превратился в затяжную безработицу для уязвимых групп. Для России, где дискуссия об ИИ и занятости пока находится на более ранней стадии, этот кейс полезен как ориентир: масштаб вытеснения зависит не только от технологий, но и от скорости их внедрения, состояния экономики и готовности общества к переменам.
