Правительство Швеции приняло решение о поэтапном сокращении популяции волков в стране. Согласно обновлённым целевым показателям, минимальный уровень, необходимый для выживания вида, установлен на отметке в 220 особей, тогда как ранее этот порог составлял 170, а затем 300 волков. В настоящее время, по данным последнего учёта (зима 2025/2026), в Швеции обитает примерно 355 волков. Новые ориентиры закрепляют курс на снижение численности хищника, что уже привело к самому масштабному за последние годы решению о выдаче охотничьих лицензий.
Рекордная квота и география отстрела
В середине октября 2026 года административные советы пяти шведских округов — Эребру, Вестманланда, Вермланда (в части, прилегающей к Даларне), Вестра-Гёталанда и Сёдерманланда — согласовали общую квоту на лицензионную охоту в 2027 году. Всего разрешено отстрелять 72 волка, что значительно превышает показатели предыдущих лет. Для сравнения: в 2026 году планы по отстрелу 48 особей были заблокированы судом, и охота не проводилась вовсе.
Основная нагрузка ложится на округ Эребру, где разрешено добыть 36 особей в пяти отдельных волчьих территориях (ревирах). В Вестманланде квота составляет 18 волков (включая одну территорию, разделённую с Даларной), в Вестра-Гёталанде — 12, а в Сёдерманланде — 6. Охота должна стартовать 2 января 2027 года и продлиться до 15 февраля, если квоты не будут выбраны раньше. Заявленная цель — не просто регулирование численности, а снижение плотности волчьих территорий в наиболее густонаселённых хищником районах, чтобы уменьшить ущерб для животноводства и снизить риски для людей.
Судебное противостояние и позиция защитников животных
Решение о столь масштабном отстреле незамедлительно вызвало юридический конфликт. Нидерландский фонд «Интересы волков» (Stichting Wolven Belangen) подал апелляцию в Швеции, оспаривая решения пяти окружных администраций. Организация требует приостановить охоту до вынесения судебного вердикта и настаивает на проведении тщательного анализа последствий запланированного отстрела для популяции. В своём заявлении фонд ссылается на «исключительный масштаб шведских охотничьих решений» и подчёркивает, что волк находится под защитой европейских природоохранных правил, а следовательно, обоснованность таких квот должна быть критически оценена.
Административный суд Лулео уже принял дело к рассмотрению. Однако прежде чем перейти к существу вопроса, суду предстоит решить процедурный вопрос: имеет ли нидерландская организация право оспаривать шведские охотничьи решения в национальных судах. Этот прецедент важен, поскольку ранее, в 2026 году, именно судебные иски природоохранных организаций привели к остановке охоты: суд тогда признал, что окружные советы не предоставили достаточных научных доказательств того, что отстрел не нанесёт вреда здоровой популяции.
Контекст: баланс между охотой и сохранением вида
Швеция традиционно занимает жёсткую позицию в вопросах регулирования численности крупных хищников, что регулярно вызывает критику со стороны природоохранных организаций. С одной стороны, увеличение квоты до 72 особей обосновывается необходимостью защитить домашний скот и снизить концентрацию волков в густонаселённых сельских районах. С другой стороны, защитники природы указывают, что столь интенсивный отстрел может подорвать генетическое разнообразие и устойчивость популяции, особенно с учётом того, что Швеция уже имеет дело с последствиями длительной изоляции волков от других скандинавских популяций.
Решение о снижении целевого показателя до 220 особей также вызывает вопросы у экологов: хотя формально 220 волков выше предыдущего порога в 170, сам факт того, что правительство закрепило курс на снижение с 355 до 220, означает, что популяция может потерять более трети своей численности. В условиях, когда популяция уже находится под давлением, каждый дополнительный отстрел может иметь кумулятивный эффект.
Для Швеции этот эпизод стал тестом на способность балансировать интересы сельских жителей, охотников и природоохранных обязательств. Если суд встанет на сторону защитников волков и приостановит охоту, правительству придётся искать новые аргументы для обоснования квот. Если же охота состоится в полном объёме, это может стать сигналом для других стран Северной Европы, также сталкивающихся с конфликтами вокруг крупных хищников. Для России, где волк традиционно является объектом охоты и регулирования численности, шведский опыт интересен прежде всего как пример судебного противостояния между природоохранными организациями и государственными органами, а также как иллюстрация того, насколько сложно совмещать научные данные, международные обязательства и интересы местных сообществ.
Судебное разбирательство в Лулео, как ожидается, станет ключевым для определения того, состоится ли охота в запланированном масштабе.




