8 сентября 2026 года компания OpenAI сделала заявление, которое может войти в историю науки. Её новая, ещё не выпущенная публично модель искусственного интеллекта впервые в истории решила одну из семи «задач тысячелетия» — проблему существования и гладкости решений трёхмерных уравнений Навье-Стокса. Это фундаментальная математическая проблема, над которой человечество билось почти 200 лет.
Для тех, кто далёк от высшей математики, уравнения Навье-Стокса — это формулы, описывающие движение жидкостей и газов. С их помощью пытаются математически предсказать, как течёт вода в реке, как воздух обтекает самолёт, как распространяется дым, как возникают вихри и турбулентность. Они используются при проектировании авиалайнеров, прогнозировании погоды, моделировании кровотока и даже в климатических расчётах.
Главный вопрос, который десятилетиями не давал покоя математикам, звучал так: могут ли эти уравнения в какой-то момент «сломаться», даже если изначально движение жидкости было нормальным и плавным? Может ли в идеально гладком потоке внезапно возникнуть точка, где скорость становится бесконечной, а само описание теряет смысл?
Как ИИ решил эту задачу
По словам представителей OpenAI, над поиском решения работала внутренняя ИИ-система, которая «значительно превосходит по своим возможностям» недавно выпущенную модель GPT-6 Astra. Процесс занял 88 часов непрерывной работы.
Сначала группа из примерно 100 ИИ-агентов за 50 часов решила смежную, более простую задачу — доказала отсутствие регулярности для уравнений Эйлера, упрощённой версии уравнений Навье-Стокса, не учитывающей вязкость. Затем исследователи направили основные вычислительные ресурсы на главную цель. 10 тысяч ИИ-агентов, работая параллельно и имея доступ к инструментам для запуска кода и кэшированной версии интернета, за 88 часов нашли решение.
Итогом стал аналитический отчёт на 165 страниц, а также формальное доказательство на языке программирования Lean, используемом для верификации математических утверждений.
ИИ доказал, что в трёхмерном потоке жидкости при определённых условиях может возникнуть так называемая сингулярность — «взрыв», при котором скорость течения становится бесконечной за конечное время. Это означает, что привычное математическое описание движения жидкости с помощью этих уравнений может «ломаться» при возникновении идеального вихря, который бесконечно ускоряется и сжимается.
За решение каждой из задач тысячелетия Математическим институтом Клея назначена премия в 1 миллион долларов. Однако OpenAI заявила, что не будет претендовать на награду, а публикует результат исключительно для демонстрации прогресса своих моделей и возможностей ИИ в фундаментальной науке.
До сегодняшнего дня считалось, что ИИ отлично перебирает данные, но не способен на глубокое абстрактное мышление высшего уровня. Решение уравнения Навье-Стокса показало, что искусственный интеллект начинает мыслить на уровне человека, способного к интуитивным прозрениям и сложным логическим построениям.
Однако объявление OpenAI было омрачено скандалом. Математик из Нью-Йоркского университета Тристан Бакмастер и исследователь из конкурирующей компании Anthropic Левент Альпёге заявили, что они уже работали над аналогичным доказательством и представили свои результаты буквально за несколько часов до объявления OpenAI. Бакмастер утверждает, что они использовали модели как Anthropic, так и OpenAI для своей работы. В ответ OpenAI заявила, что её система не имела доступа к их работе, но признала, что не может полностью исключить влияние разговоров исследователей с их ИИ-системами на развитие инструмента.
Таким образом, заявление OpenAI о решении одной из сложнейших математических проблем стало важной вехой, демонстрирующей растущие возможности ИИ в фундаментальной науке. Однако споры о первенстве и обстоятельствах открытия показывают, что вопрос о том, как ИИ получает знания и взаимодействует с человеческими исследованиями, остаётся открытым. Мир стоит перед фактом: искусственный интеллект перестал быть просто «сортировщиком данных» и начинает самостоятельно совершать открытия, ранее доступные только лучшим человеческим умам. Это одновременно и триумф технологии, и вызов, требующий переосмысления роли человека в науке будущего.
