Поездки в горы. Экскурсии 8989 824 2868 (телеграм, вотсап)

Трудно вообразить, глядя на аккуратные домики станицы Даховской, на сувенирные лотки в посёлке Каменномостский и на мирные сады села Хамышки, что полтора века назад эти места были охвачены пламенем самой жестокой и затяжной войны в истории Кавказа. Сегодня здесь пролегает один из самых популярных туристических маршрутов России: Майкоп — Каменномостский — Даховская — Хамышки — Гузерипль. Сотни машин ежедневно проносятся по идеальному асфальту, а путешественники фотографируются на фоне Хаджохской теснины и плато Лаго-Наки. Между тем именно эта дорога, словно машина времени, проходит по земле, которая когда-то звалась Абадзехией и была ареной отчаянного сопротивления целого народа. Здесь нет братских могил и руин крепостей, потому что ключевые сражения обошли эти конкретные точки стороной. Но сама почва, сами ущелья и перевалы хранят память о драме, навсегда изменившей демографическую и культурную карту региона.

Чтобы понять, что происходило в долине реки Белой в середине XIX века, нужно сначала познакомиться с теми, кто населял эту землю до прихода русских полков.

В сердце Абадзехии: могучее племя и его мир

Абадзехи были самым многочисленным и, по общему признанию современников, самым воинственным из двенадцати черкесских субэтносов. Их владения простирались в бассейнах рек Белой, Лабы, Псекупса и Пшиша, захватывая как предгорные равнины, так и ущелья, ведущие к Главному Кавказскому хребту. Северная граница их территории проходила примерно там, где сегодня раскинулся город Майкоп, причём река Белая служила естественным рубежом между абадзехами на левом берегу и темиргоевцами на правом.

Вопреки примитивизирующему стереотипу о «диких горцах», живших исключительно войной и разбоем, абадзехи создали сложное и процветающее хозяйство. Они были искусными земледельцами, выращивали пшеницу, ячмень, просо, но главное — фрукты. Аулы буквально утопали в яблоневых, грушевых и ореховых садах. Само имя «Майкоп» — это русифицированное адыгское «Мыекъуапэ», что означает «долина яблок». Это не поэтическая метафора, а точное указание на ландшафт, который видели первые русские офицеры, пришедшие в эти края. Скотоводство, особенно разведение знаменитых кабардинских лошадей, дополняло аграрную основу. В горах абадзехи добывали железо, свинец и медь, развивали кузнечное и оружейное дело. По долинам рек тянулась сеть колёсных дорог — для горного общества того времени это был несомненный показатель развитой инфраструктуры и оседлой жизни.

Однако постоянная внешняя угроза и особенности племенного уклада сформировали из абадзехов несравненных воинов. У них не было регулярной армии, но каждый мужчина с юности владел кинжалом, шашкой и ружьём. Военная организация основывалась на ополчении, а тактика была доведена до совершенства именно под местность. Густые леса, переходящие в альпийские луга, глубокие каньоны, бурные реки с крутыми берегами — всё это становилось союзником горцев. Абадзехи избегали больших полевых сражений, понимая, что не выдержат штыкового удара регулярной пехоты и артиллерийского огня. Их стихией были засады, внезапные нападения на колонны, обстрел из-за скал и молниеносный отход в чащу, где преследователи теряли строй и сами превращались в мишень. Лесные дороги перегораживались завалами из вековых деревьев — теми самыми «засеками», на расчистку которых уходили часы драгоценного времени и десятки солдатских жизней. Именно эту манеру ведения боевых действий русские военные позже назовут «завалочной войной».

Майкопская крепость и смена стратегии

Первые десятилетия Кавказской войны на Западном Кавказе носили характер карательных экспедиций. Отряды углублялись в горы, жгли аулы и возвращались на линию, однако результат был недолговечным. Абадзехи быстро восстанавливали жилища, а потери среди русских войск от засад и болезней были неприемлемо высоки. К середине 1850-х годов российское командование кардинально пересмотрело подход.

На смену походам пришла тактика методичного закрепления территории. Было решено создать сеть крепостей и укреплений, которые шаг за шагом сжимали бы кольцо вокруг непокорных племён. В 1857 году на высоком правом берегу реки Белой, против брода, по которому переправлялись абадзехские отряды, был заложен опорный пункт. Строительство шло быстро, и уже к февралю 1858 года крепость, получившая название Майкопская, в основном была готова. Она заняла стратегически идеальную позицию: контролировала переправу, доминировала над долиной и служила плацдармом для дальнейшего наступления. Отныне войска не уходили зимовать на Кубань — они оставались в глубине бывшей неприятельской территории.

Вторым элементом новой тактики стала прорубка просек. Солдаты валили лес на сотни метров по обе стороны от дорог, лишая горцев возможности устраивать засады в непосредственной близости. По этим коридорам могла безопасно следовать артиллерия, которую абадзехи боялись больше всего. Третьим, самым жестоким элементом, было уничтожение хозяйственной базы противника. Если аул служил убежищем для отрядов сопротивления, его сжигали вместе с садами и посевами. Эта тактика «выжженной земли» не оставляла пространства для компромисса и была призвана поставить горцев перед выбором: сдаться, уйти на равнину под контроль администрации или покинуть родину.

К 1862 году абадзехи оказались зажаты между укреплёнными линиями с севера и востока и Чёрным морем на юге. Их сопротивление ещё не было сломлено, но ресурсы таяли. Именно в этот момент на авансцену выдвинулся человек, чьё имя до сих пор произносится с противоречивыми чувствами.

Солдатский сын против горцев: граф Николай Евдокимов

Николай Иванович Евдокимов — фигура для Кавказской войны уникальная. Сын простого солдата и местной казачки, родившийся и выросший на Кавказе, он с детства впитывал знание языков, обычаев и психологии горцев. Не имея ни связей, ни дворянского происхождения, он дослужился до полного генерала исключительно благодаря личной храбрости, острому уму и безупречному пониманию противника. Графский титул стал венцом его военной карьеры.

Наместник Кавказа князь Барятинский, сам блестящий стратег, сделал Евдокимова своей правой рукой в покорении Западного Кавказа. В 1860 году ему было поручено командование всеми действиями против абадзехов, шапсугов и убыхов. Задача ставилась грандиозная: не просто разбить врага, а в кратчайшие сроки занять территорию, проложить дороги, построить укрепления и подготовить местность к заселению русскими колонистами и казаками.

Евдокимов разработал план, который и реализовал с неуклонной последовательностью в 1862–1863 годах в ходе так называемой Абадзехской экспедиции. Суть его сводилась к концентрическому наступлению несколькими отрядами. С севера, от Майкопской крепости, продвигался Даховский отряд. Само его название возникло от адыгского слова «Дахъо» — «красивый», «милый» — так, вероятно, называлось урочище или небольшой аул, стоявший на реке Белой выше по течению. Солдаты рубили просеки, прокладывая дорогу туда, где через полвека появится одноимённая станица. Другие отряды наступали с востока и запада, зажимая абадзехов в клещи. Сам Евдокимов лично руководил наиболее ответственными операциями. В октябре 1863 года он возглавил поход Пшехского и Даховского отрядов к долине реки Туапсе, нанося последний удар по отступавшим к морю группам.

Финальный аккорд войны прозвучал 21 мая 1864 года. В урочище Кбаада (ныне это горнолыжный курорт Красная Поляна недалеко от Сочи) собрались войска всех отрядов. Был отслужен торжественный молебен, прогремел салют, и командующий объявил об окончании Кавказской войны. Для Российской империи это была долгожданная победа; для адыгских народов — начало величайшей трагедии.

Исход: мухаджирство и «дорога слёз»

Перед побеждёнными, потерявшими дома, сады и средства к существованию, встал жестокий выбор, который напрямую предлагали российские военные власти. Первый путь — согласиться на переселение на равнинные земли под контроль царской администрации, отказаться от прежнего уклада, по сути, принять подданство на условиях победителей. Второй путь — уйти в единоверную Османскую империю. Подавляющее большинство абадзехов, опасаясь мести за годы сопротивления и не представляя себе жизни под властью «неверных», выбрало второе. Так началось мухаджирство — массовое, в огромной степени вынужденное выселение мусульманского населения Кавказа в Турцию.

Масштабы исхода сегодня трудно осознать. В период с конца 1850-х годов до середины 1870-х Кавказ покинули, по разным оценкам, от нескольких сотен тысяч до миллиона человек. Адыги составляли основной поток. Семьи распродавали остатки имущества за бесценок и двигались к черноморским портам — Новороссийску, Анапе, Геленджику, Туапсе, Сочи. Там их ждали переполненные суда, непригодные для перевозки такого количества пассажиров. Людей набивали в трюмы как сельдей в бочку. Нехватка продовольствия и воды, чудовищная антисанитария, вспышки тифа и холеры превращали путь через море в «дорогу слёз». Смертность достигала ужасающих цифр: иногда до трети пассажиров не доплывали до турецкого берега. Тела умерших, которых некому было хоронить, выбрасывали за борт. Те, кто выжил, расселились по Османской империи — в Турции, Сирии, Иордании, на Балканах. Так возникла многочисленная черкесская диаспора, существующая и поныне. Война разделила адыгский народ на две неравные ветви: тех, кто остался на исторической родине, и тех, кто оказался за тремя морями.

Как война перекроила карту

Итогом победы и последовавшего исхода стало полное изменение этнического и хозяйственного облика региона. Опустевшие земли отходили в казну и передавались для заселения казакам, отставным солдатам, крестьянам из внутренних губерний России. Майкопская крепость, возведённая на высоком берегу Белой, к 1870 году окончательно утратила военное значение и была преобразована в уездный город. Именно с того момента ведётся её официальная гражданская история.

На месте бывших абадзехских аулов и лесных урочищ появлялись новые населённые пункты. Три из них нас интересуют особенно.

Станица Даховская была основана в 1862 году, ещё в разгар военных действий, как казачье поселение, призванное закрепить контроль над долиной Белой выше Майкопа. Её название — прямое наследие той земли, на которой она встала. Посёлок Каменномостский, носивший до революции адыгское имя Хаджох (что переводится как «ущелье»), возник значительно позже, в конце XIX века, первоначально как место лесозаготовок для нужд строительства и отопления. Село Хамышки, чьё название восходит к адыгской родовой фамилии Хьамыщ, появилось и того позже, в начале XX столетия. Важно понимать: эти населённые пункты — послевоенные, и потому искать здесь братские могилы или развалины крепостей бессмысленно. Крупных сражений непосредственно на их территории не было. Война была не столько чередой генеральных битв, сколько долгим, утомительным противостоянием, состоявшим из маршей, рубки просек, перестрелок на переправах и медленного вытеснения противника.

Однако дорога, соединяющая сегодня Майкоп с Даховской, Каменномостским, Хамышками и уходящая дальше в Гузерипль, практически в точности повторяет маршруты тех исторических просек. Это полотно было буквально прорублено через вековые леса солдатами Даховского отряда. Участок между Даховской и Каменномостским, где река Белая пропилила Хаджохскую теснину, был самым сложным и опасным. Горцы контролировали броды, а скалистые берега давали им идеальные позиции для засад. Многие десятки солдат остались лежать в этих каньонах, но их имена не сохранились в громких реляциях — тут не брали аулы с героическими штурмами, здесь просто умирали от пули, прилетевшей из-за камня, или от лихорадки, подхваченной в сыром лесу.

Наследие и современные жемчужины

Парадокс истории заключается в том, что места былой трагедии сегодня стали синонимом красоты и спокойного отдыха. Путешественник, отправляющийся по описанному маршруту, может увидеть целый ряд достопримечательностей, каждая из которых по-своему связывает современность с прошлым. Остановлюсь на них подробно, двигаясь по порядку от Майкопа к горам.

1. Национальный музей Республики Адыгея в Майкопе. Это обязательная точка для каждого, кто хочет не просто погулять, а понять край. В экспозиции музея собраны артефакты, напрямую касающиеся Кавказской войны: холодное и огнестрельное оружие обеих сторон, карты с обозначением укреплённых линий, предметы быта абадзехов, документы и диорамы. Именно здесь можно своими глазами увидеть, как выглядел тот мир, что был уничтожен войной, и прикоснуться к подлинной истории, а не к упрощённым мифам.

2. Исторический квартал Майкопа на Крепостной улице. Хотя от самого укрепления 1857 года не осталось практически ничего, планировка этого района до сих пор хранит память о военном прошлом. Улица проходит по тому самому высокому берегу, где располагались бастионы, госпиталь и казармы. Прогуливаясь по ней, можно представить, как из ворот крепости выезжали колонны, уходившие вверх по долине Белой.

3. Хаджохская теснина в посёлке Каменномостский. Это одно из самых впечатляющих мест всего маршрута. Река Белая за миллионы лет прорезала в скалах каньон глубиной до сорока метров при ширине в некоторых местах всего в несколько метров. Вода с чудовищной силой бурлит в каменном ложе. Для русских отрядов, продвигавшихся в 1862–1863 годах, эта теснина была критической точкой. Переправа через реку здесь была смертельно опасной, и любое движение колонны простреливалось с обрывистых стенок каньона. Сегодня по дну теснины проложены мостки, оборудованы смотровые площадки, и туристы спокойно фотографируются там, где когда-то прятались стрелки и падали в воду раненые солдаты.

4. Хаджохские дольмены. Разбросанные в окрестностях Каменномостского, эти мегалитические гробницы возрастом более четырёх тысяч лет — безмолвные свидетели множества эпох. Они стояли здесь ещё во времена дольменной культуры бронзового века, видели расцвет и закат Абадзехии, слышали свист пуль Кавказской войны, а теперь взирают на туристический бум с одинаковым спокойствием. Это место, где история буквально многослойна, и каждый слой стоит того, чтобы о нём помнить.

5. Плато Лаго-Наки. Дорога к нему отходит от станицы Даховской и уводит в высокогорье. Альпийские луга, фирновые поля, панорама на трёхтысячники Главного Кавказского хребта, в том числе на величественный Фишт (с адыгского — «белая голова»). В солнечную погоду здесь царит почти космическая тишина и покой. Но именно через это плато и прилегающие перевалы уходили к морю последние группы абадзехов. Их следов уже не найти, но сам пейзаж тот же, что и полтора века назад.

6. Гранитный каньон близ села Хамышки. Менее раскрученное, но невероятно красивое место. Река прорезала в граните глубокие ванны, гроты и пороги, образовав серию водопадов. Во время войны эта зона была глухим, труднопроходимым лесом — идеальным убежищем для тех, кто не желал сдаваться. Солдаты входили сюда с большой опаской, прочёсывая заросли. Сегодня же каньон доступен для любого путешественника с базовой физической подготовкой.

7. Кордон Кавказского заповедника и гора Фишт. Конечная точка асфальтированной дороги — посёлок Гузерипль. Отсюда начинаются пешеходные и конные маршруты к подножию Фишта, к ледникам и водопадам. Именно в этой горной глуши, на стыке современных территорий Адыгеи и Краснодарского края, разыгрывались последние эпизоды драмы. Здесь не было громких сражений, но именно сюда уходили те, кто отказывался покидать родину, и здесь же пролегали тропы мухаджиров к побережью.

Отдельного упоминания заслуживает объект, который не относится непосредственно к войне, но прекрасно дополняет картину исторического наследия — Старый Даховский мост через реку Белую в станице. Построенный в 1906 году ссыльными казаками, он стоит до сих пор и является уникальным инженерным памятником. Согласно красивой местной легенде, для придания особой крепости в раствор добавляли яичный белок. Так это или нет, но мост пережил более века, включая суровые паводки и бури. Он — свидетель уже другой, послевоенной эпохи, когда край залечивал раны, а бывшие тропы войны превращались в торговые и почтовые пути.

Вместо послесловия

Кавказская война не была и не могла быть простым столкновением «добра со злом». Это была сложная, многослойная трагедия, в которой пересеклись геополитические интересы империи, партизанская война горцев, внутренние племенные разногласия и география, диктовавшая свои правила. С одной стороны — планомерная, жестокая, но по-своему эффективная тактика методичного покорения, которую олицетворял генерал Евдокимов. С другой — отчаянное, обречённое сопротивление народа, сражавшегося за свою землю, веру и образ жизни. И как итог — мухаджирство, навсегда разделившее адыгский народ и изменившее лицо региона.

Сегодня, выезжая из Майкопа на юг, мы фактически двигаемся по дороге памяти. Гладкий асфальт скрывает прорубленные просеки. Шум водопадов заглушает эхо выстрелов. Но всё это никуда не делось — оно осталось в самой почве, в названиях, в музейных витринах. И знать эту историю необходимо не для того, чтобы ворошить старые обиды, а для того, чтобы по-настоящему понимать цену той тишины и того покоя, которыми мы наслаждаемся сегодня. Остановитесь на минуту у теснины или на перевале, вдохните горный воздух и вспомните: эта земля полита кровью тысяч людей — русских и адыгских, солдат и ополченцев, чьи имена уже не прочесть ни в каких архивах. И тогда путешествие превратится из простого отпуска в прикосновение к глубокой, трагичной и живой истории.